Category: религия

Category was added automatically. Read all entries about "религия".

мысль

Мешкают, останавливаются, блуждают и возвращаются, но не идут по другому пути...

Доброго времени суток и добро пожаловать.

Я рад видеть Вас в своем журнале. Недавно разбирая архив, понял, что журналу скоро десять лет. Немаленький жизненный срок, а для блога это вообще наверное пенсия. За эти годы журнал претерпевал массу изменений, и вот сейчас, в преддверии юбилея, претерпевает еще одну метаморфозу. Во-первых частота записей упала, как и во всем жж, и думаю, не будет превышать пары записей в месяц. Этот давно состоявшийся факт я решил озвучить официально. И во-вторых, в журнале будут публиковаться лишь мои литературные опусы, эксперименты, пробы пера, размышления родившиеся в дни дальних странствий и также смешное и странное из каждодневного быта. Несмотря на постоянные и принявшие угрожающие сроки отлучки из России, журнал продолжает писаться только на русском языке.
Сфера интересов остается прежней - литература, теология и ее служанка философия (шутка), история, bellas artes и выведенная за скобки медицина, как основная деятельность.

Френд-политики у журнала нет, жж я посвящаю очень мало времени, и имею очень мало времени для чтения ленты друзей. Если для Вас это не
принципиально, то я оставляю  за собой право не отвечать Вам взаимностью, и добавлять Вас во фрэнды, что ни в коем случае не говорит о том, что Ваш блог не интересен. Более того, в связи с навязчивой мыслью, что жж умирает, и скоро превратиться в богадельню говорящих самих с собой блогов, появление новых людей вселяет определенную надежду.

Что касается правил, то они остаются без изменений, не кричать, не хамить, не бить посуду.
мысль

полицейские и попы

Поразительно незнание людей и особенно полицейских собственного города. Может, конечно, всех полицейских заводят из деревень Македонии или острова Патмос, но все-таки странно. Стоя на улице Геродота, спрашиваю у полицейского, стоящего спиной к надписи «Улица Геродота», как пройти к улице Геродота. Это была не провокация, я просто не заметил надпись, а карта не очень подробная. Полицейский недоуменно смотрит карту, при этом определяя место, где мы с ним стоим на два перекрестка южнее, потом указывает на восток – там улица Геродота. Очень велика вероятность, что знание им Геродота столь же блестящее, как и знание афинских улиц.
После этого случая стал специально задавать всем встречаемым полицейским очень простые вопросы по поводу прохода на ту или иную улицу. Причем всегда находясь в одном перекрестке, нескольких шагах от улицы. Вывод – все полицейские топографически и (или) умственно отсталые. Надежды на них никакой. Вопрос по поводу руин Керамикоса вовсе привел в смущение, как будто я спрашивал путь к трусам его сестры. Я думаю это тоже самое, что спросить у московского полицейского как пройти к Дому-музею Васнецова. Наверное, легкое отставание в умственном развитии и воспитании общее свойства для всех полицейских нашего континента. Я бы сказал и мира, но после общения с американскими полицейскими всегда остаешься доволен. Отсутствие эрудиции они заменяют фантастической, хоть и механической, вежливостью, и полной осведомленностью по вверенным им вопросам. Я же не прошу у них анализ работ петроградского  дадаизма, а лишь как куда пройти в городе, где они работают, и в этом плане американцы идеальны. Правда вопросы им надо давать без подвоха, прямо и ясно, и желательно на английском. Попытки наших соотечественников ором на русском языке что-то кому-то объяснить и потом жаловаться, что они де тупые, ничего не понимают, если честно похожи на провокацию с целью повысить самооценку.
Гипсовые копии «великих» не просто страшные и плохого качества, они ужасные. При этом за прошедшие пять лет, они стали только хуже. Есть гипотеза, что формы, из которых они отливаются, не меняют, поэтому вот у Гиппократа началась гидроцефалия и голова стала шире туловища, у Александра Македонского опухолеподобное образование на подбородке слева, а Ипрея вообще не имеет ясно очерченных частей лица. Какое-то месиво.
Самое ужасное, что все это покупают, дарят, передаривать и так зачинается всемирный круговорот ужасных подарков на земле. Помню, как когда-то мне по неопытности продали бюст Софокла, выдав его за Гиппократа.  На мой вопрос, почему он не поход на второго Гиппократа, лысого, которого я покупал, она сказала, что тут он молодой, а там, старый. И по иронии судьбы, молодым Гиппократом оказался ироничный Софокл. Если бы продавщица делала именно с таким подтекстом, то я ее прощаю.

Религиозность в Греции особая, что-то среднее между Югом Италии и Грузией. Характерна общая для всех этих мест чрезмерность религии, переходящей в китч, в стиль одежды, стиль поведения, стиль жизни. Икона не религиозный атрибут, не символ, а часть интерьера, общее место, декларация чего-то национального, или социального. Почти как календарь с фотографией генерала Андраника у всех армянских сапожников в советские годы.
При этом, также как в Грузии, Италии, Армении, греки не столько любят христианство в себе (которого всегда у всех мало, и увеличивать его в себе трудно, долго, мучительно…) а себя, то бишь, греков в христианстве. Всегда вспоминаю греческих священников, которые могут несколько часов говорить про христианство, рассказывая, как греки его создали, какие греки его писали, как греки всех крестили, и ни разу не вспомнив про, так скажем, Источник всего этого. Разговор о христианстве, очень часто, как в Армении и Грузии, это разговор о национальной истории и вкладе своего народа в историю христианства. Это когда не интересующийся футболом человек все равно болеет за свою сборную. Ну и, конечно же, религия, из-за  близости милейших душам всех нас турок, это форма борьбы и самоидентификации. Это вроде бы здорово, но места для…уж простите за избитое словосочетание, «истинной веры», внутреннего, осмысленного  религиозного развития, очень мало.  Я бы сказал что в этих странах религия замкнута сама на себе, такой замкнутый круг истории- национальной самоидентификации – нежелания людей копать глубоко – нежелания церквей этих стран что-то менять, и так хорошо. (Изнутри все это выглядит очень мило, по-домашнему, уютно, но стоит посмотреть на нас и нашу духовную жизнь со стороны и уже не так уютно. Все это тихо зреет и приведет в большим, еще большим, чем сейчас, антицерковным настроениям. Духовную жизнь нужно постоянно обновлять, приводить к истинно христианским начала, как бы это трудно не было и как бы утопично это не звучало. Даже попытки таких изменений, реформ, намного победят убийственную косность того, что должно быть пламенным и живым.)
Хотя конечно, это мое субъективное и не очень детально проработанное мнение.

Греки конечно де братья армян. И не только декларативно в разговорах с антитурецким содержанием. Мы братья по нашему нездоровому, патологическому отношению к истории. То что со стороны русские или голландцы с умилением называют «историчностью мышления», на самом деле тяжелая патология, вызванная, видимо, долгими годами, веками  тяжелой и жестокой жизни. Суть этой патологии в том, что произошедшее (на самом деле или нет, уже второй вопрос) 3000 лет назад интересует больше, чем происходящее сегодня и сейчас. Последний кризис в Греции немного спас ситуацию, но все таки увлеченность событиями вековой и тысячелетней давности и постоянные отсылки к ним – поразительны. Думаю что это тяжелый крест всех древних народов. Это конечно замечательный багаж и все такое, и думаю, что со стороны это очень умилительно выглядит, но на самом деле, это такое бремя которое с одной стороны мешает жить и трезво смотреть на свое положение, а с другой стороны, его не сбросишь, не прослыв предателем и попирателем святынь.  Поэтому греков так тянет к анархии, потому что без радикального «отрицания всего к чертовой матери», никак иначе не распутать этот слизистый клубок национально-религиозных противоречий и обязательств. В рамках умеренной риторики это невозможно. Быть может, поэтому все больше и больше армянской, грузинской молодежи выбирает своей национальной позицией индифирентизм, чтобы  не связываться со всеми этими «национальными штуками».
Еще одно, что роднит Грецию и Армению, как и Балканы  с Кавказом, так это всеобщая ненависть всех ко всем. Никто никого не любит. Греки всех, и все греков. Все болгар, и болгары всех. Все сербов и сербы всех. И так далее. Плюс к этому масса субкультур, религиозных и региональных групп, плюс цыгане, которых ненавидят, причем открыто все и все более агрессивно. Думаю, что если кризис пойдет такими темпами, то погромы будут заканчиваться не изгнанием таборов, а чем-то более радикальным. В этом балканском котле видишь Кавказ. И при этом и смешно, и грустно. 
мысль

Религия в США. Горький

Интересна здесь проституция и религия. Религия – предмет комфорта. К попу приходит один из верующих и говорит:
– Я слушал вас три года, сэр, и вы меня вполне удовлетворяли. Я люблю, чтобы мне говорили в церкви о небе, ангелах, будущей жизни на небесах, о мирном и кротком. Но, сэр, последнее время в ваших речах звучит недовольство жизнью. Это не годится для меня. В церкви я хочу найти отдых… Я – бизнесмен – человек дела, мне необходим отдых. И поэтому вы сделаете очень хорошо, сэр, если перестанете говорить о… трудном в жизни… или уйдете из церкви…
Поп делает так или эдак, и всё идет своим порядком.

Запись сделана с помощью приложения LiveJournal для Android.

мысль

Толстой о Горьком. ч.2


Горький злой человек. Он похож на семинариста, которого насильно постригли в монахи и этим обозлили его на все. У него душа соглядатая, он пришел откуда-то в чужую ему Ханаанскую землю, ко всему присматривается, все замечает и обо всем доносит какому-то своему богу. А бог у него – урод, вроде лешего или водяного деревенских баб”.

Запись сделана с помощью приложения LiveJournal для Android.

мысль

Л.Н.Толстой о Горьком


“23 ноября. Читал после обеда о Горьком. И странно, недоброе чувство к нему, с которым борюсь. Оправдываюсь тем, что он, как Ницше, вредный писатель: большое дарование и отсутствие каких бы то ни было религиозных, то есть понимающих значение жизни убеждений, и вместе с этим поддерживаемая нашим “образованным” миром, который видит в нём своего выразителя, самоуверенность, ещё более заражающая этот мир. Например, его изречение: Веришь в бога – и есть бог; не веришь в бога и нет его. Изречение скверное, а между тем оно заставляет меня задуматься. Есть ли тот Бог сам в себе, про которого я говорю и пишу? И правда, что про этого Бога можно скзать: веришь в него – и есть он. И я всегда так думал”.

Запись сделана с помощью приложения LiveJournal для Android.

мысль

Ночь перед выступлением

Сегодня, покуда вы спали, надеюсь,
как всадник в дозоре, во тьму я глядела.
Я знала, что поздно, куда же я денусь
от смерти на сцене, от бренного дела!

Безгрешно рукою водить вдоль бумаги.
Писать - это втайне молиться о ком-то.
Запеть напоказ - провиниться в обмане,
а мне не дано это и неохота.

И все же для вас я удобство обмана.
Я знак, я намек на былое, на Сороть,
как будто сохранны Марина и Анна
и нерасторжимы словесность и совесть.

В гортани моей, неумелой да чистой,
жил призвук старинного русского слова.
Я призрак двусмысленный и неказистый
поэтов, чья жизнь не затеется снова.

За это мне выпало нежности столько,
что будет смертельней, коль пуще и больше.
Сама по себе я немногого стою.
Я старый глагол в современной обложке.

О, только за то, что душа не лукава
и бодрствует, благословляя и мучась,
не выбирая, где милость, где кара,
на время мне посланы жизнь и живучесть.

Но что-то творится меж вами и мною,
меж мною и вами, меж всеми, кто живы.
Не проще ли нам обойтись тишиною,
чтоб губы остались свежи и не лживы?

Но коль невозможно, коль вам так угодно,
возьмите мой голос, мой голос последний!
Вовеки я буду добра и свободна,
пока не уйду от вас сколько-то-летней...

Белла Ахмадуллина
мысль

Ереванские листья. Часть 4.

 * * *

Едим в Эчмиадзин на такси. По дороге таксист, мужчина лет 55-60, говорит, можно мы подождем несколько минут, и захватим друга, ему тоже нужно в Эчмиадзин. Мы  что-то промямлим без особого энтузиазма. Друг пришел. Мы поехали дальше. Моя спутница, жительница Еревана, спокойно сидела и смотрела на дорогу, я же, как житель Москвы, рассматривал в голове сценарии того, как эти два пенсионера заведут нас в лес (которого при этом тут нигде нет) и расчленят на органы.

Доехали нормально, друзья мило и непринужденно беседовали. Я же думал, как ужасно, что привычка ожидать самого худшего от людей вошла в привычку.

* * *

Занимаюсь в тренажерном зале. Первый день.


Collapse )

мысль

Эчмиадзин

Эчмиадзин

Гарегину Второму посвящается

Запустения свет безбожный,
Отчаянья ровный хор,
Вывод ясный и не сложный,
Это смертный приговор.

Бог покинул эти храмы,
Света в них – лишь сотня ватт,
Все решат рубли да драмы,
Куда пойдем мы в рай иль ад.

Очень страшно видеть веру,
Втоптанной, в гною, в грязи,
Как менялы, фарисеи,
Торгуют квантами любви.

Парад тщеславия, вместо веры
Ювелирные кресты
Большой Поп пропахший серой,
И с рубинами персты.

Нет, не могу я верить в это,
Анархист я, жид, масон,
Но верю я в иного Бога,
Да не покинет меня Он.  

Роберт Мамиконян
Май 2012




П.С. людей, считающих что открытая беседа об бесчинствах и преступлениех отдельных церковных иерархов, есть атака на Христа, христиантво и Церковь, прошу или пересмотеть свои религиозные взгляды, или, по крайней мере, не трогать мои,  христианские  взгляды. Гарегин Второй не есть ни христиансто, ни Христос, ни Церковь. Это человек. Какой именно человек, уже вопрос оценки.
Если данная позиция вызывает в Вас очень сильный когнитивный диссонанс, можете просмотреть правила поведения в моем журнале.
Удачи.
мысль

Я считаю, что мусульманский взгляд на миропорядок должен быть подавлен и уничтожен.

По поводу смертного приговора, вынесенного аятоллой Хомейни Салману Рушди за «кощунственный и богохульный» роман «Сатанинские стихи», Бродский выступил в «The Times Literary Supplement» с предупреждением о грозной опасности, которая коренится в демографической экспансии; этот смертный приговор — крик будущего, и будущее всегда пытается узурпировать настоящее: «Каждая пуля летит из будущего». На колоссальное увеличение населения в мусульманских странах цивилизациям, основанным на «Упанишадах», Конфуции и Ветхом и Новом Заветах, нужно смотреть в оба. Международная уступчивость, оправдывающая себя реально-политическими соображениями, ставит знак равенства между нетерпимостью и терпимостью — «но последняя является не коллегой первой, а ее мастером: освободившись сама от этой юношеской аррогантности, терпимость не должна позволить нетерпимости перекрикнуть других в классе. Надо дать будущему понять, что прошлое — тоже заряженное».

Бродский вполне серьезно утверждал, что перед угрозой ислама западная цивилизация должна вооружиться — если не пулями, то по крайней мере аргументами. В интервью 1989 года — после объявления фатвы против Рушди — он выразил свои опасения по поводу шансов «неопределенно христианского мира» защитить и отстоять себя в предстоящей борьбе с мусульманским миром, к которой неминуемо приведут демографические изменения:


Будущее, каким его можно предвидеть, каким могу предвидеть его я… это будущее, раздираемое конфликтом духа терпимости с духом нетерпимости, и сейчас предпринимаются всяческие попытки разрешить этот конфликт. Прагматики пытаются утверждать, будто есть какая-то эквивалентность между этими двумя принципами. Я в это ни секунды не верю. Я считаю, что мусульманский взгляд на миропорядок должен быть подавлен и уничтожен.


Бродский не был и не хотел быть «политкорректным». Не подлежит сомнению, что ислам с его антиинтеллектуалистским и антииндивидуалистским пафосом воплощал в его глазах все то, что было ему глубоко ненавистно.

Из книги Бенгт Янгфельдт «Язык есть Бог. Заметки об Иосифе Бродском» Москва 2011 год.

мысль

Ислам. Религия добра, мира и терпимости.

Интересно как бы отреагировал мир, когда "крестоносцы" и "сионисты" выдвинули бы такие требования мусульманам в своих странах? Это было бы нарушением прав человека или нет?И что на все это скажут защитники ислама? Опять заговорят про детей Палестины, про дагестанских салафиток, которых пытают в ментуре? Но ведь реальные преступления совершаемые сейчас на почве исламской религиозности в сотни раз превышают преступления совершаемыми всеми другими религиозными группами мира, вместе взятыми. Именно сейчас, а не в 8 веке. И именно на почве религии.

Христиане Судана должны покинуть страну в течение трех недель

Сотни тысяч христиан Судана должны в течение трех недель покинуть эту страну, лишившую их гражданства. Ультиматум касается 700 тысяч человек.

Как отмечается в информации правозащитного сайта Barnabas Fund, христиане должны до 8 апреля нынешнего года покинуть "строго исламское" государство Судан, - в противном случае их будут рассматривать как иностранцев, что крайне опасно "при режиме, чрезвычайно враждебном по отношению к не мусульманам и не арабам".

Значительная часть христиан вынуждена была переселиться на север Судана в ходе гражданской войны, долгие годы терзавшей эту страну, в конце концов приведшей к разделению ее территории и созданию Республики Южный Судан, провозглашенной в июле прошлого года.

Как отмечается в публикации Barnabas Fund, есть серьезные опасения, что христиане, которые останутся в Судане после 8 апреля, столкнутся с преследованиями или вынужденной репатриацией. В то же время эксперты опасаются, что массовое бегство вызовет гуманитарную катастрофу, поскольку положение как в Судане, так и в новообразованной Республике Южного Судана остается очень тяжелым.

"Несмотря на то, что долгая гражданская война наконец закончилась и Южный Судан отделился, христиане продолжают страдать в обеих странах, - отмечает директор по международным связям "Фонда Варнавы" Патрик Сухдео. В Южном Судане нарастает напряжение, поскольку сюда бегут сотни тысяч людей из Судана, где продолжает зверствовать режим Омара Аль-Башира, стремящегося исламизировать и полностью арабизировать свою страну".

Между тем молодое государство Республика Южный Судан стоит перед продовольственным кризисом: засуха уничтожила все зерновые.

Согласно информации ООН, около пяти миллионов человек могут пострадать в Южном Судане из-за продовольственного кризиса и примерно миллион – от голода. Прибытие беженцев только усилит эту ситуацию.

"Наши братья и сестры нуждаются в нашей помощи и молитвах, поскольку они вынуждены уехать из своих домов, чтобы начать жизнь на новом месте", - заявил Патрик Сухдео, слова которого приводит портал "Православие.ru".